Г. ГРОДНО, УЛ. ПОБЕДЫ, Д.17/1
GAUK@TUT.BY
+375 (29) 255-47-41
Меню
Закрыть

Охрана труда

Информационно-методический материал по профилактике алкоголизма


Алкоголизм — частный случай наркомании и возникновение его подчиняется общим для наркомании законам. Невозможно, конечно, сравнивать, например, героиновую наркоманию и тот же алкоголизм по скорости развития и последствиям. Но есть между алкоголизмом и героиновой наркоманией и нечто общее: нарушение обмена веществ в центральной нервной системе. Тот или иной наркотик становится необходимым для функционирования головного мозга.

В чем суть алкоголизма?

В самом общем виде механизм становления алкоголизма можно объяснить так. В головном мозге работает множество функциональных систем, обеспечивающих ту или иную сторону его деятельности, в частности, системы, формирующие эмоциональное состояние («центр удовольствия», «центр отрицательных эмоций»); системы, обеспечивающие состояния покоя или мобилизации сна или бодрствования, и великое множество других. Нормальная работа каждой из функциональных систем обеспечивается характерным для этой системы веществом — медиатором. Естественно, что все эти системы постоянно взаимосвязаны, взаимозависимы, и нарушения в любой из них отражаются на работе всех функциональных систем головного мозга.

Когда человек сделал нечто, предусмотренное природой как полезное для него: решил трудную задачу, победил противника, вкусно поел, встретил доброго приятеля (или приятельницу) — медиатор системы положительных эмоций (так называемые эндогенные опиаты) выделяется в увеличенном количестве. Человек испытывает удовольствие, радость, блаженство — в зависимости от количества медиатора. Но чтобы получить его порцию, нужно решать, побеждать, готовить, встречаться, разбираться в музыке.

Всех этих хлопот можно избежать. Можно взять что-нибудь, какое-нибудь вещество, которое в мозгу превратится в нечто, заменяющее собственные опиаты. И пусть эта химия возбуждает систему положительных эмоций — человеку хорошо.

Один из древнейших заменителей радости — алкоголь. После введения в организм небольшая часть алкоголя превращается в ложные медиаторы головного мозга, которые взаимодействуют с несколькими медиаторными системами. При этом активируются система положительных эмоций и система покоя, подавляется возбуждающая система. Благодаря такому сложному механизму действие алкоголя субъективно благоприятно, если он употребляется в малых дозах. «Кому чего не хватает, тому того добавляется»: раскрепоститься, «развязать язык и галстук», «для храбрости».

При достаточно массивном воздействии обмен перестраивается. Те медиаторы, которые заменялись этанолом, вырабатываются в количестве все меньшем. Система, подавляемая этанолом, выходит из-под контроля. Чтобы вернуть работу этих систем к норме, человек вынужден употреблять алкоголь. Когда выпивает здоровый человек, если он только не «перебрал», наутро он забывает о выпивке. Хотя здоровый, культурный человек будет избегать «перебора», на страже стоят психологические «тормоза» (хочется сохранить достоинство, ясность мысли) и физические (при передозировке возникает рвота).

У человека, зависимого от алкоголя, ситуация дру­гая. Вот он «после вчерашнего» просыпается — не ра­ботает в достаточной степени «система положитель­ных эмоций», недорабатывает «система покоя», из­лишне активирована «возбуждающая система». Пона­чалу эти нарушения чуть заметны, но если продолжать употребление алкоголя, то нарушения утяжеляются. Когда-то они, наконец, становятся столь интенсивны, что это ощущается не просто как недомогание «до обеда», а как весьма плохое самочувствие. «Лекар­ство», которое приведет все в норму, под рукой. Че­ловек, начавший опохмеляться, обречен на то, что по­хмелье начнет превращаться во вторую пьянку. Так формируется запой. Чем больше человек лечится от спиртного спиртным, тем больше он нуждается в спир­тном.

После многодневного запоя в одних медиаторных системах, которые должны формировать ощущение удо­вольствия, покоя — медиаторная недостаточность, их фун­кция близка к нулю; другие — формирующие возбужде­ния — «сорвались с цепи». К тому же организм наводнен продуктами недоокисленного спирта, из-за плохо рабо­тающей печени накапливается масса токсинов.

Результат неизбежен: тревога, мучительная деп­рессия, бессонница, льет пот, слабость жестокая, тош­нота и так далее. И так приходится мучиться, пока не заработают нормально все системы в головном моз­гу, на это уходят дни и дни.

Предположим теперь, что человек с уже сформи­рованными нарушениями какое-то время не пьет. Но все «битые» алкоголем системы работают на преде­ле компенсации. С течением времени эти системы «ус­тают», выходят за пределы нормы и начинают требо­вать «подпитки». И тогда, осознанно или нет, человек ищет повода выпить и обязательно находит его.

Кроме биохимического механизма срабатывает не менее важный психологический, ритуальный, культур­ный механизм. Правильно употребленный, алкоголь снимает напряженность и тревожность, позволяет за­быть о неприятностях, проблемах. Естественно, что он уже на заре цивилизации был включен в ритуал празд­ника, отдыха, встреч. А уж в русской глубинке отно­шение к водке прямо-таки какое-то культовое. Если не пьешь — ты подозрительный, ты не наш, и вообще  — «какой ты русский, если выпить не умеешь?». Алко­голь — это общая тема для малознакомых людей.

Один из наиболее очевидных признаков — увели­чение переносимости алкоголя. Больной алкоголиз­мом может выпить в несколько раз больше водки, чем здоровый человек. Растет частота выпивки. Формиру­ются запои или ежедневная выпивка, или какие-либо промежуточные варианты. Запои удлиняются, по­хмельный синдром все тяжелее — до судорог и белой горячки.

Возникает и нарастает органическое поражение головного мозга, так называемая энцефалопатия. Из этого неизбежно вытекает снижение интеллекта: утрачиваются ясность и подвижность мысли, юмор становится более плоским, сдвигается на алкогольную сексуальную тему. Эмоции огрубляются, постепенно исчезает их нюансировка. Происходит этическое снижение. Этические категории высокого порядка все меньшей степени руководят поведением больного человека: он становится необязательным, развивается лживость, из отношений к близким все в большей мере исчезают любовь, тепло. Все это приводит к социальным потерям: сначала теряются деньги (необязательность в делах, сорванные контракты, невыполненные обязательства, угощение собутыльников и раз­личных паразитов, моментально появляющихся там, где рекой льется спиртное). Потом теряется способ­ность зарабатывать большие деньги, потом — зараба­тывать вообще. В исходе заболевания — слабоумие: думать и чувствовать становится нечем. Тупой взгляд, мутные глаза, пошатывающаяся походка, смазанная речь. И мерзкий запах давно не мытого тела.

Мы относимся к этим существам с презрением и отвращением. Но ведь многие из них когда-то были нормальными людьми, работали, любили детей, стро­или планы. Они были чистыми и симпатичными, но они не остановились вовремя.

Существует резонный вопрос, который легко за­давать, глядя на зависимого от алкоголя человека со стороны: «Если у тебя с алкоголем проблемы, то по­чему бы тебе просто не перестать пить? Прекратить — и все». Первый напрашивающийся ответ: «Силы воли нет» — неверен. Уверяю вас, болеют алкоголизмом и не могут остановиться отнюдь не только безвольные, слабосильные люди, но и те, кто достигает успехов, умеет справляться с проблемами, умеет побеждать. Дело не в том, что воля слаба, а в том, что враг силен.

Пивной алкоголизм

В 1970—1980 гг. пиво пользовались большим спросом в связи с тем, что в переводе на 1 г алко­голя это было самое дешевое спиртное: за 1 ко­пейку можно было приобрести 1,2-1,4 г «пивного» алкоголя и только около 0,5 г водочного. Чрезвы­чайно характерной болезнью того времени был ал­когольный цирроз печени. Как правило, он разви­вался у потребителей пива и «бормотухи».

Вспоминается история одного больного, кото­рый лечился в гематологическом отделении боль­ницы им. Мечникова. Он работал администрато­ром одного из ленинградских пивбаров. Пиво он пил в больших количествах и после работы, и до, и во время. Перед глазами стоят его изможден­ное лицо землисто-желтого цвета, желтые гла­за, тонкие истощенные руки и огромный, напол­ненный жидкостью живот, на животе — особым узором вздувшиеся вены: «голова медузы», пе­чать смерти. Диагноз у него был — алкогольный цирроз печени. Похоже, он понимал, что умира­ет. Но пива ему хотелось неотступно, постоянно. В стационаре он еще удерживался от алкоголя. Но, выйдя из больницы, удержаться не смог.

В начале 1990-х ситуация изменилась. Пиво стало дорогим напитком. По стоимости 1 г алко­голя пиво стало невыгодным для того, чтобы на­пиваться. На какое-то время потребление пива упало. Но прошло несколько лет, и оказалось, что пиво опять пьют, но пьют уже «все и везде». Мо­лодые и немолодые, мужчины и женщины, юно­ши и девочки, в метро, на вокзале, на улице на ходу, удивляя иностранцев таким неприличием; попивают из бутылок, банок пиво и джин-тоник.

Пивной бум вынуждает ожидать через неко­торое время вспышки пивного алкоголизма. Пока еще очень незначительно увеличивается число «пивозависимых» в практике нарколога. Но, ви­димо, настоящая проблема на подходе. И сегод­няшний пивной алкоголик — это отнюдь не люм­пен, не «комбед», не неработающий «синяк».

Особенности «пивного» алкоголизма

В различных видах алкоголя есть дополнитель­ные питательные, балластные вещества, вредные примеси. И это обусловливает разницу и в непос­редственном эффекте, и в отдаленных результа­тах. Как хорошо, как вкусно после напряженного трудового дня, возвращаясь домой, выпить кру­жечку прохладного ароматного пива. Ощутить, как отпускает напряжение, как растекаются рас­слабление и покой по телу.

Фармакологическое действие пива таково, что оно действительно очень способствует отдыху, успокоению. В 20-е годы прошлого века его ре­комендовали как седативное (т.е. успокоитель­ное) средство. Таким образом, с пивом человек приучает себя не только к обычному опьяняюще­му действию алкоголя, но и к седативному сред­ству. Проходит какое-то время, и оно становится уже необходимым элементом отдыха, успокое­ния. Возрастают дозы пива, появляются алкоголь­ные эксцессы, возникают провалы в памяти. Пер­вая за день выпивка переносится на все более ран­ний срок — на ранний вечер, на поздний день, на полдень, и, наконец, на утро. Формируется ал­коголизм, пиво входит в привычку и в биохимию.

Пивная алкоголизация создает ложное впечат­ление благополучия. Пиво в общественном мне­нии — почти не алкоголь. Пивной алкоголизации долгое время не характерны алкогольные эксцес­сы с драками и вытрезвителем. Потребность вы­пить пива не вызывает такую тревогу у человека, как потребность в водке. Пивной алкоголизм раз­вивается более вкрадчиво, коварно, чем водоч­ный. Но уж когда развивается, то это очень тяже­лый алкоголизм.

В больших количествах пиво оказывается кле­точным ядом, поэтому при злоупотреблении им тяжело выражены соматические последствия: миокардиодистрофия, цирроз печени, гепатит. При пивной алкоголизации тяжелее, чем при водочной, поражаются клетки головного мозга, поэто­му быстрее нарушается интеллект, обнаружива­ются тяжелые психопатоподобные изменения. Бывает, что такой больной приходит к терапевту с вдребезги больной печенью или недостаточно­стью кровообращения, «пивным сердцем», и гра­мотный терапевт сообщает пациенту, что у него проблемы с алкоголем.

Бороться с влечением к пиву сложнее, чем с влечением к водке. Это влечение бывает очень на­зойливым и с трудом отпускает. Очень долго хочется больному еще разок ощутить это глубокое седативно-релаксирующее действие, этот покой, вдохнуть этот аромат, почувствовать этот вкус. В итоге пивной алкоголизм — тяжелый, трудно под­дающийся лечению вариант алкоголизма.

Излечим ли пивной алкоголизм?

И да, и нет.

«Нет» — в том аспекте, что возобновить «куль­турную выпивку» невозможно будет никогда. Обмен головного мозга нарушен, и нормальная реакция на алкоголь и на пиво не восстановится никогда. Любое потребление спиртного немину­емо приведет к срыву, сразу или некоторое вре­мя спустя возникнут обменные нарушения; счи­тайте, что ваша бочка или цистерна выпита. Даже многолетнее воздержание не позволяет рассчи­тывать на то, что «организм очистился» и вы смо­жете культурно выпивать.

«Да» — в том смысле, что даже при тяжелом алкоголизме возможно полное и сколь угодно длительное воздержание от алкоголя. Но речь, само собой разумеется, может идти только об абсолютной трезвости. Пить или не пить — третье­го варианта алкоголизм не оставляет. При соб­ственной непреклонной решимости с врачебной помощью даже очень тяжелые больные могут до­биться удивительных результатов.

Пиво, при всех своих достоинствах, очень опас­ная вещь. Оно грозит превратиться из слуги в гос­подина. Достоверных количественных критериев безопасной по развитию алкоголизма выпивки на сегодняшний день нет. Порог и скорость возник­новения и прогрессирования болезни у разных людей различается в разы, что зависит, в основ­ном, от устойчивости обмена веществ. Очевид­но, что риск многократно увеличивается при ран­нем (младше 18 лет) начале алкоголизации, при систематическом употреблении, при привычке к разовому употреблению более литра пива. Будь­те внимательны к себе и осторожны. Получайте от жизни радость, в том числе и от пива — но не попадите в капкан. И уж если возникли пробле­мы, остановитесь немедленно — самостоятельно или с помощью врача.

Беда молодых

В последнее время наркологи все чаще гово­рят о новой проблеме — повальном подростковом алкоголизме. В пылу борьбы с наркоманией все как-то забыли о «зеленом змие». Между тем в алкогольную зависимость, по словам врачей, по­падает все больше представителей молодого по­коления.

Рекламные кампании алкогольных напитков можно поздравить. Продажи чрезвычайно растут и, как выясняется, во многом благодаря молоде­жи. Средний возраст приобщения к алкоголю -десять-двенадцать лет. На благо ликероводочным производителям число поводов выпить в России не уменьшается, а только растет вместе с количеством праздников. Прибавляется и работы у нар­кологов, которые в антиалкогольной пропаганде остались одни. Все занялись разоблачением нар­комании, забыв, что алкоголизм, а тем более дет­ский — явление не менее страшное.

Сегодня перед россиянами стоит жизненный выбор: либо пить, либо не пить вообще. Как у классика — «Быть или не быть!». Это надо четко осознать всем, особенно родным и близким боль­ного, а главное — ему самому.

Пиво готовится из очень полезного продукта — ячменя, который содержит белки, жиры, угле­воды и витамины. Но в пивном сусле микробы брожения поедают этот прекрасный продукт, ис­пользуя его для своего роста и размножения.

Медицинские факторы

Пиво быстро всасывается в организм, пере­полняя кровеносное русло. При большом коли­честве выпитого возникает варикозное расшире­ние вен и расширение границ сердца. Рентгено­логи называют это явление синдромом «пивного сердца» или синдромом «капронового чулка». Если злоупотреблять пивом, то сердце «провиса­ет», становится дряблым, а его функции «живого мотора» теряются безвозвратно.

В ответ на прием пива в мужском организ­ме начинает выделяться (в частности, в печени) патологическое вещество, которое подавляет выработку основного мужского полового гор­мона — метилтестостерона. В результате начи­нают продуцироваться женские половые гормо­ны: становится шире таз, разрастаются грудные железы.

У женщин через пару лет после начала пития пропорционально выпитому пиву растет вероят­ность заболевания раком грудной железы. Опас­но пить пиво матери, вскармливающей грудного ребенка. У малыша вероятно возникновение эпи­лептических судорог, а со временем может воз­никнуть и эпилепсия.

В прошлом веке Европу охватила настоящая эпидемия алкоголизма. Руководители госу­дарств тогда собрались на форум, чтобы обсу­дить эту проблему. Они решили, что лучше со­кратить выпуск крепких напитков и наладить вы­пуск более слабых. И что же? Пивной алкоголизм оказался еще хуже водочного. В Германии, где традиционно употребляют пиво, большинство пьющего населения страдает именно от пивного алкоголизма.

В больших количествах пиво оказывается ядом для клеток, поэтому злоупотребление им имеет тяжелые соматические последствия: миокардит, дистрофия, цирроз печени, гепатит и другие. При пивной алкоголизации тяжелее, чем при водоч­ной, поражаются клетки головного мозга, поэто­му быстрее нарушается интеллект, обнаружива­ются тяжелые психопатоподобные изменения.

Пиво можно назвать «входными воротами» алкоголизма. Пивной алкоголизм дольше фор­мируется (от 1 года до нескольких лет), но тя­жело протекает. И выход из такого запоя очень длительный, последствия его более разруши­тельные.

В организме повышается объем циркулиру­ющей жидкости, следовательно, увеличивается нагрузка на сердце и почки, а это приводит к раз­витию серьезных патологий, не говоря уже о мозге и печени — эти органы страдают в первую очередь.

Пиво — это отсроченное пьянство, отправная точка алкоголизма. Это мостик к употреблению более сильных наркотиков. Сейчас участились случаи поступления в медицинские учреждения именно пивных алкоголиков. В прошлые годы та­кое случалось эпизодически. Большую роль в этом играет реклама. Посмотрите, к чему нас приучают: любая жизненная ситуация не обходится без выпивки. Люди думают, что это безвредно, что пиво — не водка, иначе его не стали бы рекламировать. Но в нашей стране у большинства населения уже врожденная предраспо­ложенность к алкоголизму, поэтому пиво игра­ет ту же роль, что и водка. Больные, приходя в себя, кроме похмельных страданий, испытывают непереносимые муки совести. Алкоголизм, будь он пивной или водочный — неважно, страш­ным образом действует на организм женщины. Мало того, что прекрасная половина человече­ства гораздо быстрее спивается, она полностью теряет человеческий облик. Женщины, бреду­щие по коридору наркодиспансеров, стыдливо опускают глаза: у них опухшие испитые лица, всклокоченные волосы, трясущиеся руки. В по­терянных глазах — одновременно и стыд и… желание выпить.